Росгосстрах
mig@insur-info.ru. Страхование сегодня Сделать «Страхование сегодня» стартовой страницей «Страхование сегодня». Добавить в избранное   
Экспонаты
Пресса
Пресс-релизы
События (Фото)
Библиотека
Термины


Яндекс цитирования

Виртуальная выставка – экспонаты

Основные разделы виртуальной выставки:
Рубрикатор, Ключевые слова, Поиск
 Вернуться на шаг назад
25.02.2021  |  просмотров: 120

Появление первого акционерного страхового общества в Персии, современного Ирана, связано с одним из интереснейших эпизодов в истории России, а именно — геополитического соперничества с Британской империей в XIX — начале XX в. за господство в Южной и Центральной Азии. Это противоборство стало известно как «Большая игра» — термин, который был введён британским писателем Редьярдом Киплингом в романе «Ким» (1901 г.), но в широкий оборот вышел лишь после Второй мировой войны. Главной ареной этого скрытого противостояния стала Персия — богатая ресурсами страна, на тот момент пребывающая в средневековом состоянии. Русские и британцы рассматривали Персию в качестве ключевой страны региона, экономический и политический контроль над которой мог значительно поменять положение на чаше весов мировой политики. Аппетиты российских капиталистов в отношении новых концессий и рынков сбыта были всячески поддержаны царским правительством. Благодаря российским капиталам в стране было начато строительство шоссейных дорог, учреждён банк, открывались представительства транспортных и страховых обществ. Но в какой-то момент аппетит проснулся и у самого российского государства, так что созданная сеть транспортных и финансовых учреждений в стране перешла под неформальный контроль царя, став рычагами влияния на шахское правительство. Страховые общества, став звеньями в цепи этой трансформации, выступили в непривычной для себя роли номинальных собственников и подставных лиц.

Карикатура на Англо-Русское противостояние в Персии, 1911 г. (Источнк Leonard Raven-Hill — Wikimedia Commons)

Персия находилась в сфере интересов российского государства на протяжении столетий. Яркой овеществлённой иллюстрацией высокого уровня отношений двух стран может служить тот факт, что в Оружейной палате Московского Кремля представлено множество даров правителей Персии русским царям, в частности, высочайшего качества богато инкрустированное парадное вооружение. Два трона первых царей из династии Романовых также выполнены в Персии в XVII веке. Трон Михаила Фёдоровича, первого из династии Романовых, непосредственно подарок иранского шаха, использовался как во дворце, так и во время военных походов. Есть ли в том некоторая ирония судьбы, но именно этот трон был использован во время коронации последнего российского императора Николая Второго в 1896 году. И именно конец XIX века характеризуется небывалой экспансией российского капитала в Персию, результатом чего стал фактический контроль над северной половиной страны.

Торговые контакты между Россией и Персией не были чем-то новым, но в конце XIX века в страну устремились огромные деньги. Длилось это вторжение не более 16 лет и было прервано событиями Русско-Японской войны и Первой русской революцией. По оценке д.и.н., профессора Б.В. Ананьича, на чьи изыскания во многом опирается этот материал, речь идёт о более чем 72 млн. руб. инвестиций, не считая расходов, связанных с торговлей. Эта сумма в полтора раза выше, чем все планируемые расходы Министерства народного просвещения по Общей государственной росписи доходов и расходов на 1905 год. Как об этом пишет профессор Б.В. Ананьич, «русский царизм, выступавший в Персии в империалистическом обличии, состязался в торговой конкуренции со своим английским соперником, приплачивая за свою отсталость — таков уж парадокс истории — деньгами, полученными им на европейских же биржах».

Первопроходцами в Персии можно считать небезызвестных капиталистов братьев Поляковых, чья деятельность уже была связана с южными регионами России и Каспийским морем. О Поляковых и, в особенности, наиболее известном из братьев, Лазаре Соломоновиче, мы уже рассказывали в предыдущих публикациях. В 1889 году Лазарь Поляков основал «Товарищество промышленности и торговли в Персии и Средней Азии» со множеством отделений по всей стране. Тремя годами позднее в 1892 году в столице Тегеране им же было учреждено первое в истории страны «Персидское страховое и транспортное общество». К слову, в собственности Лазаря Соломоновича уже было учрежденное в далёком 1870 году «Коммерческое страховое общество», занимавшееся обслуживанием залоговых и экспортных операций его бизнес-империи, стабильно занимавшее последние строчки рейтинга российских акционерных страховщиков. В 1893 году Лазарь Поляков получил концессию от шаха на строительство шоссе от побережья Каспийского моря до Тегерана. Старший брат Лазаря Полякова, Яков, тем временем купил концессию сроком на 75 лет на создание в Персии банка с правом заниматься ссудными операциями. Лазарь Поляков открыл в Тегеране отделение Московского международного банка. Эти действия со всей очевидностью говорят о том, что российский бизнес в прямом и переносном смысле прокладывал себе дорогу на юг.

Лазарь Поляков. Фото около 1910-х годов (Источник Wikimedia Commons)

Информации о какой-либо широкой деятельности «Персидского страхового и транспортного общества» нет. Зная о любви Лазаря Полякова к различным финансовым схемам, можно предположить, что эта деятельность и не планировалась. Роль страховщика сводилась к функции финансового посредника для старых транспортных и страховых компаний Российской империи, в частности, страхового общества «Надежда», о котором мы подробно рассказали в предыдущей публикации, «Российского транспортного и страхового общества», учреждённого в 1844 году и транспортного общества «Кавказ и Меркурий». Наладить эти деловые контакты коммерсанту не удалось, но вскоре это удалось сделать царскому правительству. Для двух страховых компаний, одна из которых долгие годы славилась надёжностью и щедростью дивидендных выплат, такое сотрудничество стало роковым. Учреждённое же Яковым Поляковым в 1891 году «Ссудное общество Персии» сыграло ключевую роль в создании разветвлённой сети квази-государственных компаний, со временем превратившись в своего рода холдинговую структуру, правда, уже с другим названием... и с новым собственником.

Главным проводником царской политики в Азии выступил министр финансов и будущий председатель Совета министров С.Ю. Витте. Едва вступив в должность, Витте сразу же поставил вопрос о необходимости расширения «русско-азиатской торговли», поскольку соседние с Россией «страны Азии» «служат рынком сбыта» русских изделий, подчеркивая и важность политического влияния России в этом регионе. Вскоре при Министерстве финансов было образовано «Особое совещание по торговле с азиатскими государствами», которое направило своё внимание на вопросы торговли и политического влияния в Китае, Афганистане, Бухаре и Персии. Для улучшения русско-персидской торговли было признано желательным приобрести в собственность государства то самое «Ссудное общество Персии», так и не сумевшее развернуть своих операций. Открыть отделение Государственного банка в Персии царское правительство не могло себе позволить по политическим мотивам, ключевым из которых было опасение негативной реакции со стороны правительства королевы Виктории.

И. Репин. Портретная зарисовка С.Ю. Витте. 1903 г. (Источник Wikimedia Commons)

Неудачи начинаний братьев Поляковых лежали сразу в нескольких плоскостях. На начало 1890-х годов в Персии не было даже шоссейных, не говоря уже о железных, дорог. Это резко увеличивало стоимость транспортировки товаров. Неразвитость инфраструктуры, зачастую пренебрежительное отношение рабочих во время погрузочно-разгрузочных работ приводили к огромным издержкам, в том числе и в отношении страховых операций. Государственный аппарат отличался высочайшим уровнем коррупции, а шах относился к государственному бюджету как к своему карману. В 1892 году правительство Персии сделало крупный займ в Лондоне, попав в долговую зависимость от Великобритании, пребывая в череде сменяющих один другой финансовых кризисов. Но что для одной стороны кризис, для другой — прекрасная возможностью задёшево купить чьи-то активы и влияние.

Как уже было отмечено выше, холдинговой структурой, во владение которой со временем перешли практически все предприятия российских капиталистов в Персии, стало «Ссудное общество Персии». В 1894 году оно было выкуплено Министерством финансов у испытывавших серьёзные финансовые затруднения братьев Поляковых. Жест этот вовсе не был филантропическим. По сути, царский режим обошёлся с родными капиталистами по принципу «мавр сделал свое дело, мавр может уходить». В том же году «Ссудное общество» было переименовано в «Ссудный банк Персии», сохраняя при этом внешние признаки частного банка, фактически же являясь филиалом Государственного банка России. Уже со следующего года в Персию устремились огромные средства российского бюджета, которые вкладываются в займы, концессии на постройку дорог и прочее, что позволило занять монопольное положение в северных регионах страны и иметь значительное влияние в центральной Персии, включая Тегеран.

Здание Ссудного банка Персии в Тегеране. Фото около 1900 г. (Источник Новое Время — pastvu.com)

К 1903 году «Ссудный банк Персии» не только аккумулировал основные активы российских предпринимателей в стране, но и выступал в качестве конкурента немногим оставшимся. К примеру, как об этом пишет проф. Ананьич, «в январе 1903 г. правление товариществ мануфактур «Эмиль Циндель», В. Е. и А. Ясютинских, Барановых, открывших в Тегеране еще в 1901 г. «на компанейских началах», торговые склады, обратились к Витте с жалобой на конкуренцию со стороны банка, который не только лишил эти торговые предприятия возможности пользоваться льготным кредитом и неофициально предложил им ликвидировать свое дело, но даже распространил среди персидского купечества слухи об их якобы несостоятельности и, в конце концов вынудил закрыть склады. Разумеется, такая деятельность банка шла вразрез с интересами Министерства финансов, и Витте распорядился «строго внушить»... что «банк должен содействовать самостоятельности торговцев, а никак не заводить с ними конкуренцию».

Удержаться от соблазна подчинить себе всю торговлю в Персии де-факто государственному банку, очевидно, было тяжело. Особенно после того, как банк вынудил как минимум четыре страховых и одно транспортное общество играть по его правилам. В 1901 году находящаяся в кризисе акционерная страховая компания «Надежда» получила значительный займ на льготных условиях. Инициатором займа выступило Министерство финансов. Перед чиновниками не стояло задачи спасти компанию, но использовать балансирующую на грани банкротства «Надежду» в качестве номинального собственника «Персидского страхового и транспортного общества» Лазаря Полякова. «Надежда» приобрела акции дополнительного выпуска «Персидского общества», которые дали ей право решающего голоса на общих собраниях акционеров. Уже в следующем году Витте распорядился приобрести все акции, купленные «Надеждой», из-за отказа Лазаря Полякова продать свою долю по приемлемой для казны цене. Далее последовало изменение состава правления на чиновников финансового ведомства. В конце концов, акции первого в истории Персии страховщика оказались в руках «Ссудного банка Персии», то есть, царского правительства. В формальное владение «Персидским страховым и транспортным обществом» была передана и ключевая для всей русско-персидской торговли Энзели-Тегеранская дорога, которая и по сей день является одной из основных магистралей в стране. Но на этом роль страховых компаний в этой финансовой схеме не была окончена.

Спасите меня от моих друзей. Карикатура времён Большой игры. Афганский эмир Шир-Али между Россией (медведь) и Британской империей (лев), 1878 г. (Источник Sir John Tenniel — Wikimedia Commons)

В 1903 году «Персидское страховое и транспортное общество» заключило соглашения с крупнейшим транспортным обществом юга России «Кавказ и Меркурий», крупнейшим на это время по размеру собранной брутто-премии «Российским транспортным и страховым обществом», учреждённым в 1844 году, и находящимся в самом конце списка акционерных страховщиков «Восточным обществом товарных складов, страхования и транспортирования товаров с выдачей суд» соглашение, предоставив право производить страхования и транспортировку грузов в Персии, с условием сохранения контроля за этими операциями. Если на короткий момент уважаемому читателю показалось, что подконтрольный казне страховщик взял на себя роль «смотрящего» по рынку, то это ощущение представляется недалёким от реальности.

По окончании этого передела, именно с 1903 года, влияние России в Персии стало расти особенно быстро. Всего за период с 1903 по 1906 г. торговый оборот России с Персией увеличился на 83%, в том числе импорт поднялся па 62%, а экспорт — на 60%. За то же время торговый оборот Англии с Персией увеличился всего на 23%. Будучи поставщиком сырья и товаров низкой добавленной стоимости на европейских рынках, в отношении Персии Россия выступала в ином качестве, экспортируя товары промышленного производства и завозя сырьё, как, например, столь необходимый российской лёгкой промышленности высококачественных хлопок. Товары перевозились и страховались допущенными к этому благодатному потоку правительством компаниями.

Экспансия российского капитала в Персию длилась недолго и была прервана событиями Русско-Японской войны 1905 года и Первой русской революцией 1905–1907 гг., когда у царского правительства закончились деньги, и оно само стояло на грани финансового банкротства. Колоссальные инвестиции Российской империи в Персию не принесли процветания этой стране. В 1906 году после продолжительных акций протеста из-за непрекращающегося финансового и политического кризиса в Персии произошла Конституционная революция. Анонсированные в 1895 году министром финансов Витте экономические и политические цели России достигнуты не были. О дальнейшей судьбе первого страхового общества на территории Персии с русскими корнями также ничего не известно.

Проблемы начнутся, когда он проснётся (The real trouble will come with the wake). Карикатура на раздел Китая между Британской и Российской империями. 1900 г. (Источник Library of Congress)
Предоставлено: Тимофей Бегров
 Вернуться на шаг назад