mig@insur-info.ru. Страхование сегодня Сделать «Страхование сегодня» стартовой страницей «Страхование сегодня». Добавить в избранное   
Экспонаты
Пресса
Пресс-релизы
События (Фото)
Библиотека
Термины


Яндекс цитирования

Виртуальная выставка – экспонаты

Основные разделы виртуальной выставки:
Рубрикатор, Ключевые слова, Поиск
 Вернуться на шаг назад
02.06.2022  |  просмотров: 71

«Когда врач совершает преступление, он опаснее всех прочих преступников. У него крепкие нервы и большие знания». Эта цитата взята из рассказа «Пёстрая лента» из сборника «Приключения Шерлока Холмса» Артура Конана Дойля. Такими словами Шерлок Холмс поучал доктора Ватсона, когда друзья в очередной раз расположились в креслах у камина в гостиной в знаменитом доме на Бейкер-стрит. Далее знаменитый вымышленный сыщик называет несколько фамилий преступников, которые, с его точки зрения, опаснее всех прочих: «Палмер и Причард были лучшими специалистами в своей области. Этот человек очень хитер, но я надеюсь, Ватсон, что нам удастся перехитрить его. Сегодня ночью нам предстоит пережить немало страшного, и потому, прошу вас, давайте пока спокойно закурим трубки и проведем эти несколько часов, разговаривая о чем-нибудь более весёлом». Итак, мистер Уильям Палмер, профессиональный врач и серийный убийца со слащавым выражением лица, он прекрасно подошёл бы под описание иного гоголевского персонажа. На его счету — не менее 13 жертв, часть из которых Палмер убил ради получения страхового возмещения.

Уильям Палмер. Рисунок Джозефа Симпсона, без датировки (Источник Wikimedia Commons)

Итак, почему же Артур Конан Дойл выделяет Уильяма Палмера? Возможно, что судебный процесс над убийцей произвёл большое впечатление на писателя — подбирая материалы для своих рассказов, он мог наткнуться на многочисленные газетные заметки и целые брошюры, посвящённые делу, которое разбиралось ещё до его рождения. Возможно также, что на такое восприятие Дойля оказал тот факт, что по образованию он и сам был врачом. Не менее вероятно, что этот человек смог так бесславно прославиться в первую очередь количеством жертв и особенностями своей личности, весьма неприятной. В 1856 году Центральным уголовным судом Лондона, известном как Олд-Бейли, была издана 171-страничная книга, посвящённая процессу над врачом-убийцей: The most extraordinary trial of William Palmer, for the Rugeley poisonings, which lasted twelve days — May 14-27, 1856 (Самый экстраординарный судебный процесс на Уильямом Палмером в связи с отравлениями в Рагли, длившийся двенадцать дней 14-27 мая 1856 г.) В ней в мельчайших подробностях рассказывается не только о самом процессе, но содержатся и факты из биографии Палмера, а также его жертв.

Уильям Палмер родился 6 августа 1824 года в городке Рагли (Руджли) в Стаффордшире, графстве в центральной части Англии. Уильям был шестым из восьми детей, взрослея в обеспеченной семье Сары и Джозефа Палмеров. Его отец Джозеф был связан с бизнесом по лесозаготовке. Он умер в возрасте, когда Уильяму исполнилось 12 лет, оставив своей жене и детям огромное состояние в размере 70 тыс. фунтов (что соответствует более чем 8,5 млн фунтов по состоянию на 2022 год). В возрасте 17 лет Уильям устроился стажёром в химическую лабораторию в Ливерпуле, но был исключён спустя всего 3 месяца из-за обвинений в краже денег. Своей профессией Палмер избрал медицину. Здесь стоит отметить, в каких заведениях он учился и проходил практику. Уильям проходил стажировку при Госпитале Святого Варфоломея — основанный в 1123 году (!) госпиталь и по сей день является старейшим в Лондоне и во всей Великобритании из сохранивших своё первоначальное местоположение. В 1846 году в возрасте 22 лет он получил квалификацию врача при Королевской коллегии хирургов Англии, основанной в 1745 году. Корни этой ассоциации уходят в XIV столетие, когда была образована Гильдия хирургов Лондона. Интересно отметить, что на протяжении долгого времени между хирургами и цирюльниками, которые также совершали некоторые хирургические манипуляции, шли ожесточённые споры, чья гильдия имела право на регистрацию, пока в 1493 году по соглашению сторон такое право не было дано профессиональным хирургам-медикам. Таким образом, Уильям Палмер прошёл обучение в лучших и одних из старейших медицинских заведений в мире. Но подтверждает ли это мнение Артура Конан Дойля о «лучшем специалисте в своей области»?

Вид городка Рагли (Руджли), графство Стаффордшир. Иллюстрация в газете Illustrated Times 2 февраля 1856 года (Источник blog.britishnewspaperarchive.co.uk)

Вскоре после окончания учёбы Уильям вернулся в родной город, однако врачебной практикой он занимался только со своими родственниками, остальное время прожигая жизнь молодого повесы. В студенческие годы за ним закрепилась репутация бабника, от которой он вряд ли хотел отказываться по возвращении домой. Вот лишь один, весьма жуткий, факт из его биографии. Вернувшись в Стаффордшир, Палмер встретил некоего Джорджа Эбли в пабе в деревне Литтл-Хейвуд, предложив тому алкогольный турнир. Эбли согласился, но уже через час его отнесли домой, где он умер в постели тем же вечером. И хотя Палмер проявлял интерес к привлекательной жене Эбли, что вызвало серьёзные подозрения в его отношении, никаких доказательств убийства найдено не было.

Через некоторое время Уильям всё же открыл врачебную практику. Тем не менее, его имя в «Лондонском и провинциальном медицинском справочнике» за 1851 и 1855 годы фигурирует в качестве одного из лиц, которые не удосужились сообщить редактору этой работы о характере своей квалификации. Палмер продолжал вести жизнь, к которой привык, ещё будучи в Лондоне: похождения по женщинам, игра в карты на деньги. Позднее к этим увлечениям добавились ставки на тотализаторе на скачках. Не будучи успешным игроком, он быстро набрал значительные долги. Возможно, что с этим связана его женитьба на 20-летней незаконнорожденной Энн Тортон, что произошло 7 октября 1847 года. Нет, формально девушка не была богата, но за ней числилось значительное наследство, на пути которого стояли несколько человек. Мать Энн Тортон, Мари, была экономкой в доме полковника Уильяма Брукса, служившего в Британской Индии. Выйдя на пенсию, полковник Брукс выбрал своей резиденцией город Стаффорд, административный центр графства Стаффордшир. Незадолго до самоубийства в 1834 году полковник Брукс составил завещание, в котором оставил значительное наследство своей незаконнорожденной дочери Энн Тортон, в числе которого было 9 домов в Стаффорде, земля и ежегодный доход в размере 20 тыс. сикка-рупий (одна из трёх разновидностей серебряных рупий, чья чеканка производилась в британской Бенгалии). Попечителями были назначены несколько человек, в числе которых был врач. Её мать, Мари Тортон, также получила в наследство недвижимое имущество, которое должно было перейти в собственность дочери после её смерти.

Портсигар с сигарой, принадлежавшие Уильяму Палмеру. Франция, 1840-56 гг. (Источник Wikimedia Commons)

Преграду на пути к наследству своей молодой жены в виде обожаемой тёщи Мари Тортон мистер Палмер устранил 18 января 1849 года, когда та гостила в его доме. Апоплексический удар — так было записано в свидетельстве о её смерти. И хотя теперь дорога к деньгам казалась открытой, из-за ряда неточностей в завещании покойного полковника Брукса, на деле Энн Тортон могла рассчитывать лишь на скромный процентный доход со своей собственности, но не распоряжаться ей по своему (или мужа) разумению. Возможно, что за наследство покойного велась борьба и с другой стороны — попечителей или же иных детей, но история об этом умалчивает. В подобных обстоятельствах защитить свой имущественный интерес со стороны мужа в случае смерти супруги выглядело совершенно логичным и естественным действием. И поскольку формально собственность Энн Тортон составляла 17 акров земли, стоимость которой варьировалась от 300 до 400 фунтов стерлингов за акр; девять зданий в провинциальной столице Стаффорде; ежегодный процентный доход; недвижимость покойной матери — суммарно не менее 4000 фунтов стерлингов в год (около 541 тысячи в год по состоянию на 2022 год) — то всё это тянуло на полис страхования жизни с внушительной страховой суммой. Сюда же стоит добавить, что Палмер — и это было известно — брал в долг у тёщи значительные средства, как выяснилось позже — на игру в карты и скачки. Это, в свою очередь, накладывало на него дополнительные т.н. «обязательства крови» перед своей женой и детьми (первенец четы Палмеров появился на свет в конце 1848 года).

Прошло немало времени, прежде чем в январе 1854 года Уильям Палмер оформил первый полис страхования жизни на имя своей жены в Norwich Union на сумму 3000 фунтов стерлингов или около 354 тысяч в ценах 2022 года. Одно из крупнейших страховых обществ Великобритании было учреждено в 1797 году, сменив название на Aviva в июне 2009 года. Возможно, что на этот шаг он решился, поскольку за прошедшие несколько лет с момента смерти тёщи залез в ещё большие долги, а рентный доход от имущества супруги всё менее удовлетворял всё возраставшие аппетиты врача-убийцы. К слову, за эти годы у нас нет никакой информации в отношении его врачебной практики, так что складывается впечатление, что мистер Палмер большей частью занимался прожиганием жизни. В том же 1854 году, в марте, он оформил ещё один полис страхования жизни на имя жены теперь уже на 5000 фунтов стерлингов или около 590 тысяч фунтов в ценах 2022 года. Полис был выдан также британской компанией страхования жизни the Sun (сегодня это SunLife), учреждённой в 1810 году. Но и этого мистеру Палмеру показалось мало, поскольку известно о ещё одном страховании в Scottish Equitable также на сумму 5000 фунтов стерлингов. Суммарно Палмер застраховал жизнь своей супруги на сумму более 1,5 млн фунтов стерлингов в ценах сегодняшнего дня. Хватило бы и на рулетку в Монте-Карло! Однако о том, что происходило дальше, мы расскажем в следующей части.

Предоставлено: Тимофей Бегров
 Вернуться на шаг назад