mig@insur-info.ru. Страхование сегодня Сделать «Страхование сегодня» стартовой страницей «Страхование сегодня». Добавить в избранное   
Экспонаты
Пресса
Пресс-релизы
События (Фото)
Библиотека
Термины


Яндекс цитирования

Виртуальная выставка – экспонаты

Основные разделы виртуальной выставки:
Рубрикатор, Ключевые слова, Поиск
 Вернуться на шаг назад
17.06.2022  |  просмотров: 62

Неименные (предъявительские) ценные бумаги составляют значительный процент в экономическом обороте. Их особенность состоит в том, что в отличие от, например, переводного векселя, для передачи прав по ним не требуется никаких дополнительных действий кроме простого физического — по сути, в чьих руках находится такая бумага, тот и является её владельцем и имеет право требовать исполнения обязательств стороны, выдавшей документ. Такие бумаги позволяют не только ускорить процесс передачи прав на капитал от продавца к покупателю, но и широко используются для сокрытия капитала — установить фактического собственника практически невозможно. Всё сказанное выше вряд ли может вызвать удивление в отношении фондового рынка или товарно-сырьевых бирж, но могут ли бумаги такого типа существовать в страховой отрасли? В сегодняшней публикации мы коснёмся истории развития предъявительских ценных бумаг. В следующей части мы расскажем об одной неочевидной и удивительной особенности отечественного дореволюционного рынка страхования жизни, о которой нам известно лишь потому, что кто-то, так сказать, проболтался.

К. Массейс. Меняла и его жена, 1514 г. (Источник Музей Лувра — Wikimedia Commons)

В том, что ценная бумага может выдаваться на предъявителя, нет ничего нового или удивительного. Эта практика существует с древнейших времён и восходит к Римскому праву. Даже в конце XIX века ценные бумаги такого типа играли важную роль в экономической жизни развитых стран. Профессор Императорского московского университета (сегодняшний МГУ) Н.О. Нерсесов в своей обширной работе «О бумагах на предъявителя с точки зрения гражданского права» 1889 года издания указывает, что в докладе 1862 года французскому сенату стоимость движимости Франции определяется в 25 млрд. франков, из которых 8 млрд. франков выражены в бумагах на предъявителя. Один только вид этих бумаг, а именно процентных бумаг, выпускался в Европе ежегодно на сумму несколько миллиардов франков.

Не вдаваясь в юридические подробности особенностей бумаг на предъявителя, всё же остановимся здесь на существующих различиях в их классификации, в зависимости от основного признака классификации. Таким образом, ценные бумаги различаются или по содержанию, или по личности должника, или по личности кредитора. Начнём с классификации по содержанию. Права, связанные с документом, могут относится или к области вещного, или обязательственного права. К первой категории относятся такие ценные бумаги, с владением которых связаны известные вещно-правовые отношения, например: коносамент, фактура, варрант (в исторической ретроспективе это или ценная бумага, дающая держателю право покупать пропорциональное количество акций по оговорённой цене в течение определённого промежутка времени, или свидетельство товарного склада о приёме на хранение определённого товара). Всякий владелец одного из этих документов имеет право распоряжения ценностями (товаром), обозначенным в них. Вместо реального вручения товара в случаях купли-продажи или заклада передаётся лишь соответствующий документ, в современных условиях происходит лишь электронная запись. Сказанное выше является основой торговли на товарно-сырьевых биржах. Большая часть ценных бумаг по содержанию относится к области обязательного права. Обязанность должника заключается или в передачи определённой вещи, или в совершении действия, или, наконец, в уплате денежной суммы (подставьте здесь вместо слова «должник» словосочетание «страховое общество» и такой феномен как страховой полис на предъявителя начнёт обретать осмысленные черты).

Наиболее интересными в рамках темы нашей публикации являются ордерные ценные бумаги, где наряду с определённым заранее кредитором сделана оговорка «по его приказу», так что должник заранее даёт обещание исполнить обязательство — теперь важно — как перед первоначальным кредитором, так и перед последующими владельцами, получившими документ от первого. Таким образом, должник обязан отвечать не всякому предъявителю документа, а лишь такому, который докажет правильность перехода к нему документа с согласия первого. Происхождение бумаг такого рода относится к началу Средних веков. Интересно отметить, что с VI по XIII век форма их была универсальной, а с XIII века стали проявляться национальные особенности в тексте таких документов. К примеру, они отличаются для бумаг, выданных на территориях Королевства Франков (современная Франция) и на территориях германских государств (современная Германия). Для таких бумаг обязательным было доказательство правильного перехода права требования. Способом такого доказательства служило особое дополнительное соглашение. Со временем был найден наиболее удобный способ доказательства передачи права путём надписи на оборотной стороне документа, отсюда и название такой передачи «индоссамент» (от лат. in — «на» и лат. dorsum — «спина»). Изобретение этой формы передачи приписывают французам в начале XVII века. Ордерные бумаги являются последующей ступенью в историческом развитии процесса облегчения передаваемости требования и упрощения доказательств легитимации. Права индоссата вытекают из содержания документа без всякого отношения к индоссанту, поэтому против него должник не может выставить возражения в роде того, что уплата уже произведена последнему.

К наиболее распространённым ордерным бумагам на рубеже XIX — XX века относились: вексель, как простой, так и переводной; купеческие приказы об уплате денег или выдаче каких-либо заменяемых вещей. Теперь, ближе к теме нашей статьи: варранты или доковое свидетельство; коносамент (документ, выдаваемый перевозчиком груза грузовладельцу, удостоверяющий право собственности на отгруженный товар) или грузовое свидетельство; фактура или накладная; бодмерейный заём; полисы морского страхования; акции. О бодмерее — своего рода страховании наоборот, практиковавшемся в Древнем мире и в Европе в период Средних веков — мы рассказывали в одной из наших ранних публикаций. О полисах морского страхования на предъявителя мы расскажем в следующей части. Главное в этом списке — указание на возможность выдачи документа на предъявителя, пусть и с оформленной по правилам индоссамента, по передаточной записи.

Наконец, мы добрались до бумаг на предъявителя в том смысле, что такие документы допускают передачу прав требования любому лицу, у которого на руках в настоящий момент оказывается ценная бумага. Право требования по ним принадлежит не тому или другому определённому лицу, заранее обозначенному в документе, а всякому предъявителю. Владелец такого документа при желании передать своё право по нему другому лицу вообще не нуждается в совершении особого юридического акта, вроде цессии или индоссамента, а просто передаёт документ другому лицу, наподобие того, как собственником предмета является тот, кто в конкретный момент держит его в своих руках. С наступлением момента реализации прав по такому документу, предъявителю его нет надобности доказывать основания своего права, достаточно лишь указать на факт владения документом. С другой стороны, и должник не имеет ни права, ни обязанности требовать от него удостоверения личности и доказательства того юридического отношения, в силу которого документ перешёл к предъявителю. Такой должник обязан удовлетворить предъявителя документа и этим освобождается от всякой дальнейшей ответственности. Таким образом бумаги на предъявителя, освободившись от строго-индивидуальных отношений первоначальных участников, фигурируют в имущественном обороте наподобие реальных ценностей. Можно сказать, что облигаторная природа таких бумаг переходит в иное качество — качество фактического предмета, а не обещания в отношении какого-либо предмета.

Благодаря форме на предъявителя, обязательства достигли в высшей степени подвижности и передаваемости. Права, облечённые в эту форму, обособляются от личных отношений участников обязательств и воплощаются в самой ценной бумаге, которая и становится как бы единственным носителем прав. Именно поэтому форма на предъявителя служит средством лёгкой и быстрой мобилизации ценностей, находящихся в обороте. Уже в конце XIX века такая форма ценных бумаг стала излюбленной в промышленной жизни развитых стран мира, обладая неоспоримым удобством в глазах капиталистов, которые по первому желанию и без всяких затруднений имели возможность извлечь свои капиталы, помещённые в подобных бумагах. Удобство ценных бумаг такого типа по-прежнему, и с большим энтузиазмом, воспринимают корпорации и частные лица, когда ставят перед собой задачу избежания налогообложения или же сокрытия своих активов (по разным, в том числе коррупционным, причинам). Такие малые или карликовые государства как Швейцария, Лихтенштейн, Люксембург, Андорра и ряд других являются владельцами огромных состояний просто в силу того, что на их территориях могут находиться бумаги на предъявителя на сотни миллиардов евро и более, а такая форма управления активами как слепой траст (Blind trust в системе Общего права (британское прецедентное право) позволяет эффективно скрывать владение собственностью и даёт максимальную мобильность капиталу. В некотором роде неименные бумаги на предъявителя можно рассматривать в качестве последнего шага в историческом процессе облегчения способов передачи обязательств, разве что до того момента, как благодаря развитию всемирной сети Интернет возникли криптовалюты и блокчей-платформы. Об истории развития ценных бумаг на предъявителя в страховании мы расскажем в следующей части.

Предоставлено: Тимофей Бегров
 Вернуться на шаг назад