Капитал.kz, Алматы,
8 сентября 2026 г.
ОСМС: экономика системы, которая переросла прежнюю модель управления
47 просмотров
Обсуждение ОСМС в последние годы почти всегда возвращается к двум вопросам: достаточно ли системе денег и насколько эффективно Фонд ими управляет.
После выявленных приписок и финансовых нарушений, к ним добавились: куда ушли триллионы и зачем нужен ОСМС, если застрахованный пациент не всегда получает помощь вовремя, а иногда сам оплачивает то, что уже входит в страховой пакет?
Это справедливые вопросы. Системные причины не снимают ответственности за нарушения и обязанности Фонда обеспечивать финансовую дисциплину.
Однако, сосредоточившись только на объеме финансирования и последствиях слабого контроля, мы рискуем не увидеть источник проблем - экономическую конструкцию самой системы.
За несколько лет система превратилась из механизма дополнительного финансирования здравоохранения в одну из крупнейших систем перераспределения общественных ресурсов и медицинского риска. Казахстан создал крупную страховую систему, но во многом продолжает управлять ею как бюджетной программой. В этом и состоит центральное противоречие текущего этапа: обязательства уже страховые, а основные инструменты управления ими остаются преимущественно бюджетными.
Пациент оценивает систему не по исполнению финансового плана и не по числу оплаченных услуг. Для него страхование работает тогда, когда необходимая помощь доступна вовремя, а болезнь не приводит к вынужденным личным расходам.
Поэтому следующий этап ОСМС — не очередное увеличение финансирования и не только усиление контроля. Задача сложнее: привести экономические правила системы в соответствие с природой принятых обязательств и научиться управлять не объемами услуг, а медицинским риском пациента.
Почему рост финансирования не стал равным росту страховой защиты
С внедрением ОСМС финансирование медицинской помощи через государственные и страховые механизмы выросло почти втрое: с 1,1 трлн тенге в 2019 году до 3,4 трлн тенге в 2026-м. Относительно ВВП рост с 1,47 до 1,84%.
Почти трехкратный номинальный прирост закономерно создал ожидание сопоставимого улучшения доступности. Но система запускалась после многих лет недофинансирования отрасли. Дополнительный ресурс одновременно покрывал накопленный дефицит, медицинскую инфляцию, расширение объемов помощи и новые обязательства. Поэтому сам по себе рост расходов еще не показывал, насколько усилилась страховая защита пациента.
Ресурсная база при этом оказалась существенно меньше, чем предполагалось при запуске. Первоначальная модель исходила из доведения расходов до 5-6% от ВВП за счет солидарного участия государства, работодателей и граждан по ставкам 7, 5 и 7% соответственно. Сегодня работодатель перечисляет за работника 3% заработка, сам работник 2%.
При этом гарантии ОСМС охватывают почти весь спектр современной медицины: от консультаций и диагностики до сложных высокотехнологичных операций, реабилитации и дорогостоящих лекарств.
Стоимость лечения не связана с размером индивидуального взноса, в этом и состоит смысл солидарного страхования. Она может составлять миллионы и десятки миллионов тенге, а при отдельных орфанных препаратах и уникальных технологиях - сотни миллионов. Для пациента это высокий уровень социальной защиты. Для системы - крупный риск, который должен быть заранее оценен и обеспечен устойчивым источником покрытия.
В 2025 году из 3,37 трлн тенге, поступивших в Фонд по всем направлениям, 2,14 трлн, или почти две трети, обеспечил бюджет: через финансирование ГОБМП, взносы за льготные категории и оплату помощи отдельным категориям сотрудников.
Само преобладание государственного финансирования не является отклонением, современные системы здравоохранения обычно сочетают несколько источников. Вопрос в ином: исключительно широкий объем гарантий опирается на ограниченную доходную базу, а новые обязательства не всегда сопровождаются оценкой их полной будущей стоимости и постоянного источника покрытия.
Здесь возникает первый системный разрыв ОСМС. Такой разрыв проявляется не только в отчетности: он переходит в очередь, перенос лечения, сверхдоговорные расходы клиник и вынужденные платежи пациентов.
Почему очередь часто начинается с планирования
Сегодня очереди нередко воспринимаются как прямое свидетельство неэффективности ОСМС. Отчасти такая оценка справедлива. Однако доступность помощи зависит не только от работы страховой системы: на нее влияют кадровый дефицит, состояние инфраструктуры, региональные дисбалансы, маршрутизация пациентов и обеспеченность оборудованием.
Вместе с тем часть очереди действительно формируется внутри самого механизма ОСМС - уже на этапе планирования и закупа медицинской помощи.
Фонд несет обязательства как страховщик, тогда как медицинская помощь по-прежнему закупается в пределах годового финансового ресурса и во многом на основе исторического потребления. Потребность, не вошедшая в план, от этого не исчезает. Для пациента она оборачивается ожиданием, переносом лечения или платным обращением; для клиники сверхдоговорными расходами, применением линейной шкалы либо простоем мощностей при наличии реального спроса.
Финансовый предел необходим: безграничного ресурса нет ни у одной системы здравоохранения. Но прошлогоднее потребление не должно подменять прогноз потребности, а договорный объем становиться фактической границей доступности.
Исторические данные фиксируют не только заболеваемость. В них уже отражены прежний дефицит специалистов и оборудования, сложившаяся маршрутизация, способы оплаты и поведение поставщиков. Если следующий закуп рассчитывается преимущественно по этой истории, старые ограничения воспроизводятся в новом плане. Исполнение плана затем ошибочно принимается за подтверждение точности расчета, хотя неудовлетворенная потребность остается за его пределами.
Такая логика создает и неверные стимулы. Клиника, которая сократила необоснованные госпитализации или повторную диагностику, рискует получить меньший объем в следующем году. Высокое потребление, напротив, закрепляется как «сложившаяся потребность». Система перестает различать медицинский риск и объем, сформированный прежней доступностью и действующими правилами оплаты.
В этой же точке возникает связь с кредиторской задолженностью клиник.
Общая сумма долга, однако, не раскрывает его природы. В ней смешаны как минимум три разных явления: обоснованная помощь, не покрытая объемом или тарифом; удорожание ресурсов, которого нет в расчетах; внутренняя неэффективность клиники.
Фонд уже переходит от констатации общей задолженности к разбору ее происхождения по каждой проблемной клинике. Итогом станут адресные планы финансового оздоровления: объемы будут корректироваться там, где подтверждена неудовлетворенная потребность; предложения по тарифам появятся там, где установлен объективный разрыв стоимости; управленческие меры - там, где долг вызван внутренней неэффективностью и слабой финансовой дисциплиной.
Qalqan должен дать системе то, чего ей сегодня не хватает, сопоставимые данные о фактической себестоимости услуг и структуре затрат поставщиков. Пока клиники говорят о недостаточных тарифах, а государство опасается оплачивать неэффективность. Без достоверной экономики услуги у этого спора нет расчетной основы.
Следовательно, решение не сводится к механическому увеличению объемов или тарифов.
Менять нужно саму логику закупа: переходить от ежегодного распределения фиксированного ресурса к прогнозированию медицинского риска на основе актуарной оценки, потребности населения и клинических приоритетов.
Планирование, тарифообразование и способы оплаты придется менять одновременно. Иначе один и тот же механизм продолжит производить очередь для пациента, финансовую нестабильность клиник и нерациональные расходы системы.
Контроль фиктивных услуг - необходимый, но не конечный рубеж
Страховое покрытие меняет поведение всех участников. Пациент справедливо исходит из того, что уплаченные взносы дают ему право на помощь. Но ожидание конкретной услуги не всегда совпадает с клиническими показаниями. Необоснованный спрос занимает дефицитные мощности и удлиняет ожидание для тех, кому исследование или вмешательство действительно необходимо.
На стороне поставщика действует другой стимул: когда доход клиники напрямую зависит от количества оплаченных услуг, наращивать их объем экономически рационально. Так работает оплата за услугу. Это не оправдание поставщика, а предсказуемый риск, который закупщик обязан учитывать в модели оплаты и контроля.
Приписки и стимулированное потребление необходимо четко различать. Приписка – это фиктивная услуга и прямое нарушение. Стимулированный спрос может быть безупречно оформлен и фактически оказан, но оставаться ненужным пациенту, повторным или избыточным по объему. У этих явлений разная правовая природа, хотя оба сокращают ресурс, доступный для обоснованной помощи.
Фонд усиливает антифрод, и эта работа должна продолжаться. Но после сокращения фиктивных услуг основной резерв эффективности будет находиться глубже - в клинической обоснованности реально оказанной помощи. Поэтому контроль не может останавливаться на проверке факта услуги. Он должен выявлять повторную диагностику, необоснованные вмешательства и объем, созданный особенностями оплаты, а не медицинской потребностью.
Масштаб этого риска нельзя устанавливать предположениями: его предстоит доказательно оценивать на основе клинической экспертизы и анализа данных. Но уже сейчас ясно, что контроль последствий не заменит изменения стимулов. Если система платит преимущественно за количество, она будет постоянно воспроизводить рост количества.
При этом нельзя одним решением объявить переход к «оплате за результат». Идеального способа оплаты нет: клинико-затратные группы могут подталкивать к завышению сложности случая, а показатели качества наказывать клиники, принимающие наиболее тяжелых пациентов. Любая новая модель требует корректировки на тяжесть состояния, сопутствующие заболевания и риск пациента.
Поэтому способы оплаты следует менять постепенно, на достоверных данных и прежде всего там, где результат можно измерить. Направление при этом должно быть однозначным: от оплаты изолированной услуги к оплате законченного случая, клинической обоснованности, качества и результата. Только так закуп становится инструментом управления медицинским риском, а не механизмом последующего контроля расходов.
Обязательное страхование не должно становиться добровольным в момент болезни
Страхование устойчиво, пока люди с разным уровнем риска постоянно участвуют в общем пуле и платят до наступления болезни. В Казахстане этот принцип работает лишь частично.
Около 3,4 млн граждан остаются вне ОСМС. Это неоднородная группа: люди без постоянного дохода, неформально занятые, граждане с ошибочным статусом и экономически активные лица, которые начинают участвовать в финансировании только при возникновении медицинской потребности. Уплата взносов за 12 месяцев открывает доступ ко всему пакету, включая лечение стоимостью в миллионы тенге.
Разрыв между взносом отдельного человека и стоимостью его лечения нормален - на этом основана солидарность. Дисбаланс возникает, когда участие начинается после появления потребности и прекращается после лечения. Здоровые риски остаются вне системы, а внутри пула концентрируются высокие.
Есть и обратная сторона - отчуждение постоянного плательщика. Он ежемесячно делает взносы, но в момент болезни сталкивается с очередью, сложной маршрутизацией, отсутствием специалиста или договорного объема. Формально статус есть, фактически страховой защиты человек не чувствует и платит повторно. Когда ОСМС воспринимается лишь как еще один обязательный платеж, система теряет доверие, а вместе с ним и общественную основу солидарности.
Решение требует разделить тех, кто объективно не может участвовать регулярно, и экономически активных граждан, входящих в систему только перед лечением. Первым необходимы адресная поддержка и корректное определение статуса. Для вторых — правила, восстанавливающие непрерывность участия, в том числе сверка страхового статуса с налоговыми и социальными данными.
Речь идет не об ограничении помощи больному, а о восстановлении обязательного характера ОСМС.
Расширение охвата должно сопровождаться оценкой риска
В 2025 году на одного плательщика приходилось 2,44 гражданина льготной категории, в 2026-м уже 2,69. Число плательщиков сокращается примерно с 4,90 до 4,82 млн. человек, тогда как число льготников возрастает более чем на миллион, в том числе за счет новых категорий, финансируемых из местных бюджетов.
Для социальной политики это расширение охвата. Для страховщика - дополнительный риск, который должен иметь рассчитанную стоимость и устойчивый источник финансирования. Рост числа застрахованных не всегда укрепляет пул, если одновременно не расширяется база плательщиков, а обязательства растут быстрее доходов.
Государство оплачивает участие в ОСМС примерно 11 млн граждан льготных категорий, но их медицинский риск существенно различается. В 2025 году при средних расходах ОСМС 103,3 тыс. тенге на человека расходы на лиц с ограниченными возможностями составляли около 275 тыс. тенге, на неработающую беременную женщину 239 тыс., на находящихся в отпуске по беременности, родам и уходу за ребенком 234 тыс., на пенсионера около 210 тыс. На ребенка приходилось около 53 тыс. тенге, на обучающегося очно 49 тыс. Разница между категориями превышает пять раз.
Перераспределение между здоровыми и больными, работающими и социально уязвимыми - основа солидарного страхования. Но солидарность не освобождает систему от обязанности знать цену риска, который передается в общий пул.
Поэтому спор о том, какую заработную плату брать за расчетную базу государственного взноса среднюю или медианную, затрагивает только форму. Содержательный вопрос другой: соответствует ли взнос стоимости переданного системе риска и объему обязательств.
Весь расчетный разрыв нельзя автоматически предъявлять бюджету. Фактические расходы отражают не только объективную потребность, но и доступность помощи, тарифы, практику поставщиков и качество закупа. Фонд должен предложить Правительству модель риск-взвешенного государственного взноса, которая отделит объективную стоимость риска льготных категорий от внутренних резервов эффективности системы.
Один пациент - один медицинский риск
Разделение ГОБМП и ОСМС — еще одно проявление бюджетной логики, которая не соответствует природе страхового риска. Для пациента болезнь не делится на пакеты. Диагностика, консультации, лечение, лекарства и реабилитация составляют единый маршрут, тогда как система планирует и оплачивает его через два финансовых контура.
У этой границы есть административная цена: услуги и объемы приходится разграничивать, расходы - относить к разным источникам, контроль - дублировать. Но главная потеря глубже. Разделение мешает видеть полную стоимость пациента, управлять целостным маршрутом и направлять ресурс туда, где потребность выше.
Простое перемещение отдельных услуг между ГОБМП и ОСМС противоречия не решает: меняется содержание пакетов, но сохраняется сама граница. Стратегически следует рассмотреть единый пакет медицинских гарантий и единую систему управления риском - при сохранении конституционных гарантий, разных источников финансирования и ответственности государства.
Под единым пакетом я понимаю не объединение денег и не очередное перераспределение услуг. Речь идет о том, чтобы происхождение средств не разрывало клинический маршрут пациента, а Фонд мог прогнозировать потребность, закупать помощь и оценивать результат по совокупному риску.
Само объединение эффективности не гарантирует. Снятие административных ограничений может высвободить отложенный спрос и резко увеличить потребление. Поэтому сначала необходимо рассчитать стоимость единого пакета, оценить неудовлетворенную потребность, определить источники покрытия и изменить планирование и оплату поставщиков. Без этого вместо двух ограниченных контуров система получит одно, но еще более крупное необеспеченное обязательство.
Положительный баланс еще не означает устойчивость
В 2026 году положительный разрыв между плановыми доходами и расходами сокращается с 229 до 101 млрд тенге, а коэффициент покрытия расходов доходами примерно с 1,2 до 1,1.
Эти показатели не означают дефицит или недостаточности активов Фонда, они характеризуют текущие финансовые потоки, но показывает, что запас маневра уменьшается и система становится чувствительнее к росту потребления, медицинской инфляции, изменению состава застрахованных и отклонениям от прогноза. Устойчивость ОСМС следует измерять не отсутствием бухгалтерского дефицита, а способностью системы покрывать сценарную стоимость обязательств и своевременно предоставлять предусмотренную помощь. Тогда положительный баланс будет означать устойчивость, а не только благополучие отдельного отчетного периода.
Положительный остаток подтверждает исполнение финансового плана, но не отвечает на два главных вопроса: обеспечена ли стоимость всех принятых обязательств и доступна ли гарантированная помощь пациенту. Разрыв может быть незаметен в балансе Фонда, но проявляться в другом месте - в ожидании, кредиторской задолженности клиник или вынужденных расходах семей.
Поэтому финансовое управление ОСМС должно опираться на трех-пятилетнюю актуарную модель и регулярные стресс-тесты. Доходную базу необходимо связывать со структурой пула, демографией, заболеваемостью, медицинской инфляцией, технологиями, фактическим потреблением, отложенным спросом и неудовлетворенной потребностью.
Фонд проводит актуарные расчеты с момента создания, но пока они остаются преимущественно аналитическим сопровождением. Они должны стать обязательной частью бюджетного и управленческого процесса: определять оценку новых обязательств, размер страхового запаса и заранее установленный механизм стабилизации при его снижении.
Карманные расходы — главный тест страховой защиты
Есть показатель, который характеризует зрелость страхования точнее, чем число застрахованных и объем освоенных средств, прямые расходы населения на медицинскую помощь.
Доля личных расходов населения на здравоохранение выросла с 27,7% текущих расходов в 2023 году до 31,9% в 2024-м. Население потратило около 1 трлн тенге на лекарства, 522 млрд на амбулаторную помощь и порядка 134 млрд. на стационарное лечение.
Не вся платная медицина означает слабость ОСМС. Пациент вправе выбрать частную клинику, более быстрый сервис, дополнительный комфорт или услугу вне гарантированного пакета. Но системе необходимо отделить добровольный платеж от вынужденного - ситуации, когда застрахованный платит только потому, что не может вовремя получить уже гарантированную помощь.
Именно вынужденные расходы показывают то, чего не видно в исполнении бюджета: какая часть обещанной помощи остается фактически недоступной. Для их измерения нужны специальные опросы пациентов и домохозяйств, сопоставление причины платежа со сроком ожидания, маршрутом пациента и доступностью услуг в регионе.
Доля вынужденных карманных расходов должна стать одним из ключевых показателей ОСМС. Она соединяет финансовую устойчивость системы с тем результатом, ради которого страхование существует, защитой человека от медицинского и финансового риска в момент болезни.
ОСМС 2.0: довести страховую логику до конца
Первый этап ОСМС решил принципиально важные задачи: привлек в здравоохранение дополнительный ресурс, расширил объем медицинской помощи и создал механизм солидарного покрытия риска.
Следующий этап требует изменения самой конструкции ОСМС. Речь идет не о ребрендинге и не об обещании быстрых решений, а о последовательной смене экономических правил системы.
Эта работа уже начата. Ее первоочередная задача устранить источники финансовых потерь и сформировать новую архитектуру управления ресурсами. Вопрос сегодня не только в дополнительных поступлениях, но прежде всего в том, какой измеримый результат дает каждый вложенный тенге.
Фонд создает единый цифровой контур и усиливает контрольную инфраструктуру. Контроль при этом не является самоцелью. Он должен позволять выявлять риск до того, как тот превратится в необоснованный расход, отделять реальную медицинскую потребность от искусственно сформированного потребления и направлять средства туда, где пациент действительно получает страховую защиту.
Вместе с экономическими правилами должны измениться и критерии результата. ОСМС нельзя оценивать только по отсутствию бухгалтерского дефицита, уровню освоения средств или количеству оплаченных услуг. Важнее другое: сокращаются ли вынужденные расходы пациентов; уменьшается ли ожидание там, где оно вызвано финансовыми ограничениями; приближается ли закуп к реальной потребности населения; возникает ли прямая связь между расходами системы и результатами лечения.
Изменения должны быть ощутимы для каждого участника. Для пациента — это своевременная помощь и снижение вынужденных платежей. Для медицинской организации — финансовая устойчивость и предсказуемые правила, позволяющие планировать работу и инвестировать в качество. Для государства — управляемая стоимость обязательств и рациональное использование общественных ресурсов.
В этом и состоит смысл ОСМС 2.0: довести страховую логику до конца не в теории, а в казахстанской реальности, чтобы увеличение финансирования выражалось не только в росте расходов системы, но и в реальной защите человека в момент болезни.
При работе с материалами Центра деловой информации Kapital.kz разрешено использование лишь 30% текста с обязательной гиперссылкой на источник. При использовании полного материала необходимо разрешение редакции.
Гульмира САБДЕНБЕК, председатель правления Фонда социального медицинского страхования
Вся пресса за 8 сентября 2026 г.
Смотрите другие материалы по этой тематике: За рубежом, Регулирование, Обязательное медицинское страхование
Установите трансляцию заголовков прессы на своем сайте
|
|
 |
Архив прессы
|
|
|
 |
Текущая пресса
 |
| |
16 ноября 2026 г.

|
|
Интерфакс, 16 ноября 2026 г.
Что делать при ДТП в 2026: пошаговая инструкция

|
|
Финмаркет, 16 ноября 2026 г.
АПК стало единственной отраслью в РФ, где 29% организаций активно используют страхование от климатических рисков

|
|
Российская газета, 16 ноября 2026 г.
Отпуск шофера

|
|
Известия, 16 ноября 2026 г.
Подобрались к ключу: хакеры расширяют способы взлома систем автомобилей

|
|
РИА Новости, 16 ноября 2026 г.
Георгий Леготин: страхование — быть рядом, а не просто продавать полис

|
|
Областная газета, Екатеринбург, 16 ноября 2026 г.
РСА: в Свердловской области приходится 1,5 рубля судебных расходов на рубль выплат по ОСАГО

|
|
НТА Приволжье, Нижний Новгород, 16 ноября 2026 г.
Интерес к агрострахованию в животноводстве в Чувашии вырос почти в 1,5 раза

|
|
РБК.Кавказ, 16 ноября 2026 г.
Жители Ставрополья стали реже жаловаться в Банк России в 2026 г.

|
|
ПРАЙМ, 16 ноября 2026 г.
Средняя премия по годовым полисам ОСАГО в России выросла на 8%

|
|
АвтоВзгляд, 16 ноября 2026 г.
В России на 38% вырос спрос на ОСАГО

|
|
Autonews.ru, 16 ноября 2026 г.
Водители потратили на полисы ОСАГО 295 млрд руб. за десять месяцев

|
|
Тарантас Ньюс, Брянск, 16 ноября 2026 г.
Tarantas объяснил, когда выплата ОСАГО не должна делиться пополам

|
|
UzDaily.uz, 16 ноября 2026 г.
Fitch подтвердило рейтинг Infinity Insurance на уровне B-

|
|
РИА Новости, 16 ноября 2026 г.
Евросоюз ввел санкции против почти 50 российских банков

|
|
Тарантас Ньюс, Брянск, 16 ноября 2026 г.
В России обновят стоимость ремонта по ОСАГО с 19 декабря 2026 года

|
|
korins.ru, 16 ноября 2026 г.
ВСС подвел итоги деятельности страховщиков жизни за III квартал 2026 года

|
|
Финам.Ru, 16 ноября 2026 г.
«Ренессанс страхование» – возвращение к прибыли

|
 Остальные материалы за 16 ноября 2026 г. |
 Самое главное
 Найти
: по изданию
, по теме
, за период
 Получать: на e-mail, на свой сайт
|
|
|
|
|
|