Профессиональный страховой портал «Страхование сегодня»
Профессиональный страховой портал «Страхование сегодня»
Google+ Facebook Вконтакте Twitter Telegram
Конференция «Claims&Pays 2021. Урегулирование убытков в страховании» Вопросы перехода на МСФО (IFRS) 9
    Этот деньПортал – ПомощьМИГ – КоммуникацииОбучениеПоискСамое новое (!) mig@insur-info.ru. Страхование сегодня Сделать «Страхование сегодня» стартовой страницей «Страхование сегодня». Добавить в избранное   
Самое новое
Идет обсуждение
Пресса
Страховые новости
Прямая речь
Интервью
Мнения
В гостях у компании
Анализ
Прогноз
Реплики
Репортажи
Рубрики
Эксперты
Голос рынка
Аналитика
Термины
За рубежом
История страхования
Посредники
Автострахование
Страхование жизни
Авиакосмическое
Агрострахование
Перестрахование
Подписка
Календарь
Этот день
Страховые реестры
Динамика рынка
Состояние лицензий
Знак качества
Страховые рейтинги
Фотографии
Компании
Визитки
Пресс-релизы


Вопросы перехода на МСФО (IFRS) 9
Конференция «Claims&Pays 2021. Урегулирование убытков в страховании»


Top.Mail.Ru

Прямая речь

  Полный список материалов

  Новый страховой продукт, Регулирование, Страхование жизни, Банкострахование
Страхование жизни – вектор развития регулирования
Габуния Филипп Георгиевич
Директор департамента страхового рынка Банка России
страхование сегодняКакие вызовы стоят сейчас перед российским страхованием жизни и какую политику проводит Банк России на этом рынке?

Страхование жизни является очень важным институтом и мы, как регулятор, хотели бы, чтобы оно всемерно развивалось, чтобы граждане получали страховую защиту, желательно, на длительные сроки. Как вторичный эффект от этого, экономика получала бы определенный инвестиционный ресурс и страховые компании на этом бы тоже зарабатывали. Однако сегодня наше страхование жизни – это прежде всего достаточно короткие договоры – ИСЖ и НСЖ с единовременными взносами сроком на 3-5 лет.

В 2018-2019 годах проходила дискуссия по поводу раскрытия информации о том, что продается потребителю -- у нас были серьезные претензии и к качеству продукта, и к тому, как он продавался. Собственно, с тех пор бурный рост страхования жизни и остановился. Я не думаю, что наше к нему повышенное внимание стало единственным фактором торможения, но оно, в том числе, повлияло на переосмысливание бизнес-практик, которые в итоге были изменены и самими страховыми компаниями, и их партнерскими кредитными организациями. Тем не менее, сегодня собирается примерно 17 миллиардов рублей премии по ИСЖ и чуть более 10 миллиардов рублей по НСЖ.

По завершившимся договорам, которые заключались 3-5 лет назад, мы имеем не самые лучшие показатели по доходности. Если по 3-летним договорам доходность стала приближаться по доходности к депозитам, которые заключались в то же время, то по 5-летним доходность по-прежнему отстает. Можно дискутировать, что в договорах страхования жизни помимо инвестиционной составляющей включена страховая защита, а также есть дополнительный доход в виде налогового вычета. Тем не менее, мы видим достаточно агрессивную практику продажи этих полисов, и мы до конца не удовлетворены клиентской ценностью такого продукта.

Я бы охарактеризовал продукт в его инвестиционной компоненте и его страховой компоненте. В инвестиционной компоненте проблема в том, что под видом или в оболочке страхового продается инвестиционный продукт. При этом, с точки зрения защиты прав инвестора, регулирование этой инвестиционной составляющей, которое установлено в других отраслях финансового рынка, практически отсутствует. Необходимо достичь того же уровня защиты клиента, который выработан для аналогичных финансовых продуктов и тогда клиентская ценность в этой части вырастет.

Если говорить о страховой компоненте, то на сегодняшний день для наиболее массовых продуктов покрывается риск смерти в объеме уплаченной премии и такое же покрытие гарантируется в случае дожития. С точки зрения страхования риска смерти клиент, с нашей точки зрения, мог бы ожидать большего. И к сожалению, у нас до сих пор не очень велика доля длинных продуктов со страховой доминантой, где страховая защита представляет какую-то очень значимую часть. Безусловно есть, например, очень хорошие продукты, включающие в себя защиту от редких заболеваний, длительные, с периодическими взносами. Но пока в интересах страховых компаний, в том числе с точки зрения возможности продавать, доминируют более короткие продукты, с гораздо большим креном в инвестиционную составляющую. На мой взгляд, это то, над чем нам надо работать, и регуляторные новации связаны, в том числе, с этими указанными мной характеристиками.

Представленные на рынке продукты очень разные, часть из них не вызывает никаких нареканий и всячески приветствуется. Но, к сожалению, их меньшинство. И в том, что касается доходности, можно надеяться на ее рост по договорам, заключенным после 2018 года, когда поменяли структуру комиссионного вознаграждения. Но сегодня, при средней доходности примерно 5 - 6%, если посмотреть на структуру договоров, из которых она получается, по 39% договоров, закончившихся в 1 квартале 2021 года, клиенты получили доходность менее 1%, а кто-то выиграл больше. Если более трети клиентов получили очень низкую доходность, значит проблема существует.

Вторая проблема – жалобы. Я не согласен с попытками сравнивать количество жалоб по ОСАГО и по страхованию жизни. ОСАГО – это годовой договор, а в ИСЖ мы рассматриваем жалобы, в основном, по завершившимся договорам (если исключить ту часть, когда люди жалуются на мисселинг здесь и сейчас). Люди три года назад что-то купили, сейчас договор закончился и ими получена доходность 1%. Но они-то были уверены, что им обещали больше, они недовольны, пытаются судиться, жалуются в Центральный Банк. Поэтому база для сравнения здесь меньше, количество завершившихся договоров – это, очевидно, не 15 миллионов.

Так что проблема по практикам продаж через банковский канал есть, она никуда не ушла. Начались продажи онлайн, это правильный вектор, но пока он ситуацию не переломил. 27 миллиардов премий собираются в той структуре продаж, которую мы имеем сегодня, она кардинально не изменилась. Потому мы и предлагаем свои новации в страховании жизни, потому что считаем эту проблему значимой. Мы понимаем, что так как эти договоры длинные, в будущем, через 5 лет, мы будем расхлебывать то, что мы продали сегодня.

К слову сказать, unit linked в практике многих стран в Европе, закончился не очень хорошо, с большими судебными исками, когда комиссионные достигали 300%, и клиенты тоже были очень недовольны. Мы сейчас отошли от той черты, куда шли до 2018 года, у нас не развиваются продукты без защиты капитала.

Таким образом, хотя компании уже многое сделали, нельзя сказать, что на этом рынке все хорошо. И мы так долго обсуждаем новации – а это уже вторая редакция изменений – именно потому, что мы пытаемся найти этот очень сложный баланс, чтобы хорошие продукты, которые существуют, которые включают сервисные компоненты, не попали бы под удар и не потеряли бы свою экономику.

Мы последовательно настаиваем на следующей позиции: если вы продаете инвестицию (а большая часть того, что сегодня продается – это инвестиции), клиент должен обладать необходимым уровнем защиты, которая есть в других секторах. Поэтому возникли изменения в закон, чтобы мы могли отделить квалифицированных инвесторов от неквалифицированных, и страховщики, наряду с профучастниками финансового рынка, могли бы продавать более сложные, экзотические продукты именно той категории клиентов, которая хорошо в этом разбирается, или по иным критериям подходит под данное требование, а все остальные клиенты должны быть защищены. Разумеется, мы синхронизируем наши указания с будущим законом, они будут работать вместе.

Мы абсолютно согласны, что в страховании есть своя специфика, поэтому продукт с доминантой страховой защиты не должен регулироваться по правилам инвестиционного продукта, и основное в нынешней дискуссии – понять, где эта граница. Пока мы это понимание не нашли, но сильно к нему приблизились. Скорее всего, для разных категорий граждан, прежде всего, по возрасту, придется предусмотреть разный объем детерминированной страховой защиты. Сложный вопрос – как быть с продуктами, где помимо риска смерти и дожития существуют еще другие элементы. Мы думаем, что расчет минимальных сумм по риску смерти следует считать отдельно и отдельно тарифицировать именно эти риски (мы сейчас это моделируем и, думаю, в ближайшее время сможем выйти с теми параметрами, которые у нас получились), тогда эти договоры можно будет четко идентифицировать.

Мы предлагали, чтобы не делать второе регулирование инвестиционной части страховых продуктов, рассмотреть вариант совмещения лицензий для страховой компании и управляющей компании и ПИФа. Продукты, с нашей точки зрения, очень похожие, поэтому тогда получится продавать комбинированный продукт, включающий и страхование, и инвестиции, будет понятно, что идет на инвестиции, а что – на страхование, и что гражданин получает за свои деньги. И сразу весь уровень защиты, который предусмотрен профильным законодательством по инвестициям, будет распространяться на этого гражданина. Я не говорю, что это единственно возможный путь, но он убрал бы дискуссии о том, что мы теряем какие-то продукты, о том, как считать доходность, как делать unit linked, позволил бы работать всем по одним правилам, увеличил бы конкуренцию, и клиент бы был в достаточной степени защищен. С моей точки зрения, unit linked по своей экономической конструкции – это комбинация страхования и доверительного управления, в этом плане создавать для них параллельное регулирование неправильно, это сложно будет поддерживать, всегда будет возникать арбитраж либо в одну, либо в другую сторону, что снизит эффективность конкуренции и в итоге выйдет боком для обоих рынков. Конечно, если просто сказать, что можно совмещать лицензию, это не даст автоматически возможность выпускать продукт, который на Западе называется unit linked. Мы говорим о комплексных поправках, которые позволят это сделать.

И еще один очень важный момент – это стимулирование доверия граждан к страховым компаниям и к их платежеспособности. Мы устанавливали более высокие требования в регулировании, чтобы мы не сомневались в страховых компаниях. А для граждан мы предполагаем все-таки реализовать инициативу, которую мы озвучивали некоторое время назад – это создание системы гарантирования для страхования жизни. Мы уже почти подготовили соответствующий законопроект и, надеюсь, что уже с новой Думой будем его активно обсуждать.


7 июля 2021 г.

Версия для печати 

  Смотрите другие материалы по этой тематике: Новый страховой продукт, Регулирование, Страхование жизни, Банкострахование
В материале упоминаются:
Компании, организации: Персоны:

Оцените данный материал (1-плохо, ..., 10-отлично!).
Средняя оценка: 0.00 (голосовало: 0 чел.)
10   

Ваше мнение об этом материале:
— Ваше имя
— Ваш email
— Тема

Ваш отзыв (заполняется обязательно):
Укажите код на картинке слева: