Пресса о страховании, страховых компаниях и страховом рынке

zen.yandex.ru, 8 июня 2020 г.

Бумеранг – оружие страховщика

1042 просмотра

Не раз приходилось выступать в качестве эксперта по вопросам неэффективности действующего законодательства в области страхования и финансовых рынков. И когда речь идет о бюджетных проблемах, экономике и пр. – это нормально и просто, но гораздо хуже, когда приходится разбирать ситуацию, когда ущерб наносится здоровью людей и создается угроза их жизни.

К сожалению, вновь имеем подобный случай в связи с крупнейшей экологической аварией в Норильске. Как уже стало ясно сейчас, ни государственные органы, ни само предприятие не осуществляли надлежащий технический контроль за состоянием основных производственных фондов, представляющих собой опасный объект.

Смотрел на кадры телерепортажа, где перед Президентом на камеру «отчитывались» губернатор Красноярского края, представитель регионального МЧС и г-н Потанин, который на вопрос Президента «Сколько стоят эти работы?» (по сбору топлива и восстановлению экологии) ответил не твердо: «э-э-э миллиарды рублей...».

Я сразу вспомнил почти 8-летнюю дискуссию 2004-2011 гг. по введению закона об ОПО, и те доводы, которые пришлось нам, страховщикам, слушать, что, мол закон о страховании ОПО не нужен. А противостояли нам тогда основные акционеры крупнейших предприятий России – члены Президиума РСПП. И особенно «неистовствовали» представители НЛМК (владелец -Лисин) и «Норильского никеля» (Потанин, Прохоров). Я специально привожу выдержку из дискуссии на БФМ с представителем НЛМК от 2011 г., чтобы напомнить, как это было.

Цитаты директора по внешним связям Новолипецкого металлургического комбината Антона Базулева из интервью радиостанции «БФМ» от 26 июля 2011 года:

«Речь идет о перераспределении средств от менее рискованных, то есть хорошо организованных и модернизированных объектов, в пользу более рискованных. Более рискованные объекты старые и крупные химические предприятия, объекты или другие какие-то объекты, они будут платить меньшие деньги. Но получать потенциально большие выплаты за аварии, которые у них будут. Во многих случаях это будут предприятия оборонного комплекса или госпредприятия. Вот, что еще на себя обращает внимание. Нигде в мире нет обязательного страхования аналогичного тому, что предлагается у нас. Во-вторых, нигде в мире нет такого широкого спектра опасных объектов. Почему лифт или кран является у нас опасным объектом. А автострада Москва-Дон — не является опасным объектом. В лифтах или под воздействием крана, если и гибнут люди, то единицы. И эти случаи уже покрыты во многом страховкой, которая называется страховкой от несчастных случаев на производстве, которая обязательна у нас. Мы видим сейчас подход, который четко нас уводит на избыточное страхование и на избыточные платежи, которые мы считаем необоснованными с точки зрения комплексной оценки рисков».

«Если мы рассматриваем любой доход предприятия, то по нашему законодательству каждый объект на его территории является отдельным опасным объектом. Вопрос здесь тоже сводится к тому, а как мы будем тогда рассчитывать страховую премию по объектам. Мы будем прибавлять страховую премию одного к другому или будем просто объединять на территории предприятия объекты и считать одну премию. Получается, что у нас на металлургическом предприятии НЛМК — сотни объектов, которые причислены к разряду опасных. И если мы будем за каждый объект страховую премию исчислять как отдельную, на НЛМК обсуждаемый вид страхования будет стоить не шесть, а около 12 миллионов рублей в год, при текущем уровне страховой премии в 60 тысяч рублей. При этом статистика за последние 10 лет показывает, что ни одного случая, который мог бы быть признан страховым в рамках данного закона на предприятии не было. И похожая статистика по большинству крупнейших металлургических компаний, по которым РСПП проводил специальное анкетирование и сбор статистики. Данная информация была уже представлена в Минфин. И также в страховые ассоциации. Поэтому утверждение о максимальной премии в 5-6 миллионов рублей — мягко говоря, спорное. Если у предприятия есть шанс нанести большой урон третьим лицам, если это крупное химическое предприятие, которое стоит около города, который оно может просто отравить, то, разумеется, оно должно его и страховать и быть объектом пристального контроля и надзора. Но если предприятие имеет территорию, на которую не могут прийти третьи лица, например как металлургический комбинат, на котором работают только его сотрудники, то здесь можно смотреть более внимательно на адекватную сумму компенсации при ущербе для сотрудников, а третьи лица фактически не имеют возможности летально пострадать от деятельности этого предприятия. Можно понять озабоченность законодателей тем, чтобы предотвратить или как-то компенсировать вред, который наносится этим, но здесь подход должен быть комплексный и не такой линейный, как предлагается в законе об обязательном страховании».

Главными доводами промышленников всегда были следующие: «незначительное количество аварий, небольшая сумма ущерба, а в крайнем случае, то, что промышленные предприятия сами осуществят ликвидацию аварий и возмещение ущерба». Эти дискуссии велись на всех уровнях АП, Правительства и Парламента, и, принимая в них личное участие, я сотни раз выслушивал все эти доводы, а также тезисы о жадных страховщиках, стремящихся ограбить бедных промышленников. Именно РСПП было тем апологетом «ненужности и не введения ОПО», а затем, когда после аварии на Саяно-Шушенской ГРЭС (2009г.) действовавший на тот период премьер Путин В.В. жестко дал команду принять закон об ОПО, именно РСПП, используя свой административный ресурс, добился «минимизации» зоны действия закона только в отношении ущерба третьим лицам. Именно те самые члены РСПП ответственны, помимо прочих, за то, что сейчас в Законе нет возмещения ущерба экологии, а размеры компенсаций сотрудникам предприятий минимальны. И именно те самые члены РСПП блокировали в дальнейшем расширение действия Закона о страховании ОПО в отношении экологических рисков.

И анализируя несовершенство действующего Закона, без малейшего злорадства, учитывая какая грандиозная катастрофа случилась для экологии и жизни людей на Севере, не могу не представлять себе этакий «бумеранг судьбы». А ведь именно «бумеранг» прилетел на предприятие одного из главных противников Закона об ОПО, и теперь сам «Норильский никель» должен будет истратить на восстановление природы миллиарды и миллиарды рублей, как его представители «клялись» много лет назад при принятии узкой версии Закона об ОПО.

И главный вывод, который лучше всего сделать сейчас другим владельцам крупных предприятий с опасными производствами, что именно страховой контроль, основанный на коммерческой финансовой ответственности, может работать лучше чем любой государственный контроль за состоянием основных фондов, если уж сами менеджеры и владельцы предприятий не в состоянии наладить его. И еще я бы посоветовал менеджменту «Норильского никеля» представить на Совет Директоров и владельцам сравнительную таблицу бюджета потенциальной стоимости страхования от экологических рисков, если бы такое было с 2012 года, и бюджета миллиардов, которые точно придется потратить сейчас на устранение ущерба.

A.G. ANALYTICS

В материале упоминаются: Компании, организации: Министерство финансов Российской Федерации (Минфин РФ) 11830 Российский союз промышленников и предпринимателей (РСПП) 590

Ваше мнение об этом материале:

— Ваше имя
— Ваш email
— Тема

Ваш отзыв (заполняется обязательно):

Укажите код на картинке слева:

Установите трансляцию заголовков прессы на своем сайте

 Подробнее »

Получить код для трансляции заголовков прессы »