Пресса о страховании, страховых компаниях и страховом рынке

Закон.ру, 27 июля 2026 г.

Практика применения Постановления КС РФ № 34-П: как страховщикам доказывать добросовестность, а потерпевшим — защищать свои интересы

20 просмотров

До принятия этого Постановления сложилась порочная практика: суды фактически подменяли страховое обязательство деликтным. Если СТО отказывалась чинить машину за 400 тысяч, а реальный ремонт стоил 700 тысяч, суды взыскивали разницу со страховщика, рассуждая так: «раз вы не организовали ремонт, то платите все убытки». Это разрушало финансовую модель ОСАГО, потому что страховщик превращался в безлимитного гаранта любого ремонта, хотя тарифы считались исходя из лимита 400 тыс. рублей.

Теперь КС РФ поставил точку: страховая сумма — это предел ответственности страховщика. Если ремонт дороже, а потерпевший не хочет доплачивать, то страховщик освобождается от ответственности за неорганизацию ремонта. При условии, что он действовал добросовестно.

Для меня как для юриста здесь три прорывных момента. Первое: теперь защита страховщика в суде строится вокруг понятия «добросовестность попыток найти СТО», а не вокруг факта отказа СТО. Второе: у потерпевших с дорогими авто появляется чёткая дилемма — либо доплачивать, либо идти в регресс к виновнику ДТП за оставшейся частью. Третье: проект Минфина от 22 июля — это не просто «поправки», а механизм, который синхронизирует Закон об ОСАГО с позицией КС, убирая правовую неопределённость для судов первой инстанции.

Теперь сама отвечаю на вопросы по существу:

1. Как теперь строить защиту в судах и где грань между добросовестностью и уклонением?

Здесь я вижу классическую судебную проблему — «доказать отсутствие» очень сложно. Страховщик не может предъявить в суд 50 отказных писем от СТО, потому что их физически может не быть (отказы часто устные). Поэтому тактика защиты должна быть проактивной, а не реактивной.

Я бы рекомендовала страховщикам внедрить стандарт доказывания добросовестности: фиксировать каждый контакт с СТО в письменной форме (электронная переписка, официальные запросы на электронную почту с автосалонов, скрины мессенджеров). В идеале — вести реестр СТО, которым направлялись заявки, с указанием даты, причины отказа и ответственного менеджера. В суде это станет «картой попыток», которую судья сможет проверить.

Что касается грани — она пройдёт там, где суд увидит, что страховщик запросил только одну СТО, которая заведомо не работала по ОСАГО, и на этом успокоился. Это уже уклонение. Добросовестность требует разумной активности: обзвон 3–5 станций в радиусе разумной доступности, запросы к официальному дилеру (если авто на гарантии) и проверка возможности ремонта по методике ЦБ без доплаты. Я ожидаю, что суды в ближайшие 1–2 года выработают негласный критерий: 3–5 отказов — добросовестно, один отказ — недостаточно.

2. Как изменится практика СТО — массовый отказ или рыночная корректировка?

Я прогнозирую не массовый отказ, а сегментацию рынка СТО. Здесь сработает элементарная экономика. Раньше СТО было выгодно отказываться, потому что разницу всё равно взыскивали со страховщика. Теперь этого рычага нет, и СТО теряет гарантию доплаты. Однако отказываться от всех заказов по ОСАГО — значит потерять большой объём клиентов (порядка 50–60% загрузки для многих станций).

Поэтому сценарий, который я считаю наиболее вероятным: крупные сетевые СТО, особенно при официальных дилерах, внедрят внутренний «коэффициент рентабельности» и будут соглашаться на ремонт по методике ЦБ, закладывая маржу в норма-часы. А мелкие СТО, которые не могут работать в таких жёстких условиях, начнут специализироваться либо на доплатных ремонтах (для владельцев дорогих авто), либо уйдут из сегмента ОСАГО в каско и коммерческий ремонт.

Плюс я не исключаю, что Банк России в ближайшее время пересмотрит методику расчёта стоимости нормо-часов и запчастей, чтобы приблизить лимит 400 тыс. к рыночным реалиям. Если этого не сделать, количество «лимитных» ремонтов резко сократится, и мы придём к ситуации, где 400 тыс. — это лишь частичная компенсация для массовых авто, а для премиальных — просто формальность.

3. Что делать потерпевшим с дорогими авто и как оценивать риски при покупке ОСАГО?

Здесь ситуация действительно драматичная для владельцев автомобилей стоимостью от 3 млн рублей. Потерпевший оказывается перед тяжёлым выбором: либо доплачивать СТО разницу (которая может составлять 200–500 тыс. рублей), либо получать 400 тыс. от страховщика и идти в суд к виновнику ДТП с иском о взыскании оставшейся части ущерба. Второй путь — это классический деликт между двумя гражданами, без участия страховой компании. И здесь у потерпевшего есть все шансы, но есть и серьёзные риски: виновник может оказаться неплатёжеспособным, затягивать суд, и в итоге взыскание превратится в многолетнюю эпопею.

Я ожидаю, что количество регрессных исков к виновникам ДТП действительно вырастет минимум в 2–3 раза в течение 2027 года. Суды будут завалены исками на разницу между 400 тыс. и реальным ущербом. При этом судебная практика по таким искам уже сложилась — ст. 1079 ГК РФ об ответственности владельца источника повышенной опасности работает чётко. Но проблема исполнимости останется.

Что касается оценки рисков при покупке ОСАГО для дорогих авто — это больной вопрос. Формально полис ОСАГО для владельца премиального авто стоит столько же (с учётом коэффициентов), а защищает лишь на 400 тыс. Поэтому я бы советовала автовладельцам воспринимать ОСАГО как минимальную «социальную защиту» для чужих машин, а свою защиту строить на основе Каско с франшизой или без. Альтернатива — приобретение полиса ДСАГО (добровольного страхования автогражданской ответственности), которое покрывает разницу сверх 400 тыс. Но таких полисов сейчас мало, и они дорогие. Думаю, после вступления поправок Минфина в силу, рынок отреагирует ростом спроса на ДСАГО, а страховщики начнут разрабатывать линейки таких продуктов.

В завершение.

Подводя итог, отмечу два важных момента.

Первый — фактический: проект Минфина находится на публичном обсуждении до 13 августа 2026 года, а вступление в силу ожидается через 10 дней после опубликования. Ориентировочно это конец сентября — начало октября 2026 года. До тех пор суды уже сейчас могут руководствоваться позицией КС РФ (ст. 6 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде»), поэтому ссылаться на №?34-П можно уже сегодня.

Второй — стратегический: мне кажется, что этот обзор попал в точку. Если в ближайшее время появятся первые судебные акты, где суды будут применять позицию КС РФ по №?34-П, я обязательно подготовлю отдельный разбор с анализом конкретных кейсов или буду рада, если вы поделитесь со мной.

ЦАПЕНКО Наталия Васильевна, СПб ГУП «Горэлектротранс»

В материале упоминаются: Компании, организации: Министерство финансов Российской Федерации (Минфин РФ) 11957 Центральный банк Российской Федерации (Центробанк, Банк России, ЦБ РФ) 38817

Ваше мнение об этом материале:

— Ваше имя
— Ваш email
— Тема

Ваш отзыв (заполняется обязательно):

Укажите код на картинке слева:

Установите трансляцию заголовков прессы на своем сайте

 Подробнее »

Получить код для трансляции заголовков прессы »