Пресса о страховании, страховых компаниях и страховом рынке

Деловой квартал-Екатеринбург, 14 декабря 2009 г.

«Частные клиники хотят только снимать сливки»

1732 просмотра

Министр здравоохранения Свердловской области Владимир Климин заявил, что государственное здравоохранение готово налаживать партнерские отношения с частными медицинскими центрами. Один из вариантов — передача стоматологическим клиникам муниципальных помещений в долгосрочную аренду с последующей приватизацией. По словам г-на Климина, такое решение будет выгодно и бюджету, и стоматологам.

Закон не разрешает приватизировать государственные больницы и поликлиники даже в тех случаях, когда бюджету не хватает средств на достойную медицинскую помощь. Владимир Климин считает, что разрешить это противоречие может государственно-частное партнерство (ГЧП), гарантирующее коммерческим медицинским центрам заработок, а государству — сокращение инвестиций в отраслевую инфраструктуру. При этом, по мнению министра, частные клиники должны учитывать социальную природу медицинского бизнеса.

Приватизация лечебно-профилактиче­ских учреждений (ЛПУ), которой ждали представители частной медицины, не состоялась. Вы лично за или против перехода больниц в частные руки?

— Я бы очень осторожно относился к приватизации муниципальных и государственных больниц. Система здравоохранения, гарантирующая гражданам медицинскую помощь, должна быть управляемой. Если собственниками лечебных учреждений станут частные компании, государству придется выступать в роли просителя. Мы уже видели это на примере фармацевтического рынка. Регионам, где не осталось государственных аптечных сетей, трудно обеспечивать население бесплатными медикаментами. Частные аптеки отказываются участвовать в программах льготного лекарственного обеспечения, хотя государство платит им за каждую выданную упаковку. В Свердловской области такой проблемы нет — основную нагрузку несет ГУП «Фармация», создавшее разветвленную инфраструктуру в небольших городах.

40% больниц и поликлиник Свердловской области работает в наполовину изношен-ных зданиях и использует устаревшее оборудование. Частные инвесторы могли бы помочь деньгами, но государство не допускает их в систему здравоохранения. Какой здесь может быть выход?

— Так радикально я бы ситуацию не оценивал. За последние три года благодаря инвестициям в здравоохранение материально-техническая база многих муниципальных больниц стала современной. В частности, мы унифицировали и стандартизировали уровень лабораторных исследований (не секрет, что многие врачи не доверяли анализам, которые делали в муниципальных ЛПУ). Де-факто ситуация изменилась, хотя ментальный подход «там все плохо» сохраняется. Но это не значит, что государство отказывается от денег частных компаний. Несколько лет назад, когда Владимир Путин был президентом, предприятиям разрешили не включать в налогооблагаемую базу средства на лечение сотрудников — 3% от фонда оплаты труда (сегодня — уже 6%). Схема простая: государство оплачивает гражданам базовую медицинскую помощь, работодатель — высокотехнологичные медицинские услуги. Это тест на социальную ответственность бизнеса. Четыре года назад мы посчитали: если бы в то время эти 3% от ФОТ были направлены в здравоохранение, получилась бы сумма, сопоставимая с бюджетом ТФОМС Свердловской области. Как раз те деньги, которых государственно-муниципальной сис­теме не хватает. Но механизм системно не работает, потому что муниципальные и государственные больницы не могут свободно оказывать платные услуги. Программы госгарантий настолько расплывчаты и всеобъемлющи, что никто не знает, как далеко заходят обязанности государства. Пока эти моменты не отрегулированы, все определяет позиция надзорных органов.

Добровольное страхование — это деньги потребителей медицинских услуг, а в государственно-частном партнерстве заинтересованы прежде всего частные клиники, которых уже немало.

— В Екатеринбурге работает несколько крупных клиник. Их можно называть частными или ведомственными, это непринципиально. Недавно открылась ведомственная (но частная по форме собственности) железнодорожная больница — реабилитационно-вос­становительный центр на ул. Надеждинская, 9а. В городе таких клиник с полным комплексом услуг нет (это не реклама, это мое мнение). Очевидно, что новый центр будет востребован. А какой смысл строить больницы, которые дублируют технологии, развитые в государственном секторе? Скажем, кардиохирургические операции делают ОКБ № 1, 41-я больница, «Новая больница», кардиоцентр, еще десятки И многие частные структуры хотят государственных денег, обеспечивающих нормальный фиксированный доход. Это логично — работать с бюджетом желает любой коммерсант. Бюджет — самый крупный заказчик и покупатель услуги. Но услуга должна быть качественной, а ее стоимость — одинаковой для всех субъектов.

Минздрав может выставить услугу на тендер, где будут участвовать государственные и частные больницы.

— Теоретически — да, ФЗ № 94 («О размещении заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных и муниципальных нужд». — Прим. ред.) такую возможность предусматривает. И я за то, чтобы частные (или ведомственные) структуры участвовали в реализации программы госгарантий. Но тогда они должны обслуживать прикрепленное население по всему спектру медицинских услуг, а не выбирать те, которые стоят максимально дорого. Иначе частные клиники будут снимать только сливки, оставляя большую часть работы государству. К сожалению, сегодня руководители частных медицинских центров видят только одну задачу — получить прибыль. Социальной сос­тавляющей нет, потому что деньги из круга не выпускаются. А выгода государства и частного бизнеса должна быть взаимной, направленной на решение доступности и качества медицинской помощи населению.

А если частная клиника скажет: «Мы согласны лечить бабушек за существующий тариф»?

— Они действительно так говорят. Но когда узнают все условия сотрудничества, предполагающие соблюдение стандартов лечения и детальные финансовые отчеты (за полученные деньги надо отчитываться), у многих такое желание пропадает. А исключений из правил быть не должно. Должны быть равные условия, равная ответственность и равные возможности — вот наш принцип государственно-частного партнерства.

Какие формы может принимать государственно-частное партнерство?

— Нам не надо изобретать велосипед — есть опыт развитых стран, использующих в хозяйственной практике концепцию ГЧП. В медицинской сфере есть, например, вариант сотрудничества, когда частный партнер строит и продает ЛПУ государству с условием, что затем получит его в управление.

В России такие примеры есть?

— Пока только в Европе и в Израиле. У нас получила развитие схема, при которой инвестор строит больницу и на конкурсной основе оказывает населению бесплатную помощь по программам государственных гарантий. В Свердловской области таким путем идет холдинг «Юнона», открывающий диализные центры для больных хронической почечной недостаточностью. Меня устраивает сам подход, но темпы реализации программы, к сожалению, нет. Центр в Асбесте уже лицензирован и начинает работать. В Екатеринбурге диализный центр на базе 40-й больницы готов, но лицензию пока не получил — есть замечания у Рос­пот­ребнадзора.

С кем государству проще наладить сотрудничество?

— Развитие партнерства лучше начать с тех сфер, где отношения уже сложились. Например, в страховой медицине. Страховая медицинская компания не должна получать фиксированный процент только за то, что доводит государственные деньги до поставщиков медицинских услуг. Эти средства необходимо заработать. Один из вариантов финансового стимулирования — возможность получать процент от рекламационных случаев. Чем больше ошибок в лечении застрахованных сумеет выявить страховая компания, тем больше будет сумма рекламаций, следовательно, тем больший процент сможет заработать страховая компания. Это повысит качество медицинской экспертизы и станет стимулом для качественного лечения пациентов. В противном случае ЛПУ будут нести финансовые потери из-за рекламаций.

Есть варианты ГЧП для частных клиник Екатеринбурга, которые можно реализовать в ближайшее время?

— В Санкт-Петербурге существует практика концессионных соглашений, т. е. долгосрочной (до 30-40 лет) аренды с особыми условиями. Частный партнер арендует здания ЛПУ или земельные участки, расположенные в коммерчески привлекательных районах, взамен на инвестиции в реконструкцию или строительство новых больниц. На наш взгляд, подобное сотрудничество возможно в службе стоматологической помощи. Степень коммерциализации стоматологических поликлиник достигла 70-80%, их финансирование за счет средств бюджетов и ОМС становится необоснованным. Мы можем передать частным партнерам оперативное управление стоматологическими поликлиниками при условии, что они возьмут на себя содержание и реконструкцию этих учреждений и будут оказывать стоматологическую помощь, в том числе льготным категориям граждан по установленным тарифам. В дальнейшем часть стоматологических клиник может быть полностью приватизирована. Такой шаг повысит их оснащенность и уровень сервиса, создаст конкуренцию за пациентов между частными и частно-государственными клиниками. А государство будет финансировать не саму стоматологическую поликлинику, а только медицинскую помощь льготным категориям граждан.

Рассчитывать на бюджетные деньги частным клиникам пока не приходится

546 - количество коммерческих медучреждений в Свердловской области на 01.11.09
около 20 - количество лечебных учреждений негосударственной и немуниципальной форм собственности в системе ОМС в Свердловской области
3412 - среднемесячное количество пациентов за I-III кварталы 2009 г. в крупнейших частных клиниках Екатеринбурга

Источник: «ДК»

Михаил СТАРКОВ

Ваше мнение об этом материале:

— Ваше имя
— Ваш email
— Тема

Ваш отзыв (заполняется обязательно):

Укажите код на картинке слева:

Установите трансляцию заголовков прессы на своем сайте

 Подробнее »

Получить код для трансляции заголовков прессы »