Пресса о страховании, страховых компаниях и страховом рынке

Тихоокеанская звезда, Хабаровск, 21 июня 2000 г.

Вечный покой не гарантирует даже страховой полис

809 просмотров

Каждый год моя бабушка, собрав всех в своей комнате, показывает, куда кладет свои «вещи на смерть», и строго-настрого заставляет это место запомнить. Мама каждый раз пробует ее успокоить и говорит, что обязательно похоронит ее как полагается.

Эту картинку из жизни я вспомнила, когда наша редакционная машина подъезжала к администрации села Восточное. Туда мы поехали на зов о помощи — две женщины, дочери умерших в прошлом году фронтовиков, отчаялись добиться правды в одной из страховых компаний. В первом случае после похорон затерялись документы, в другом — на могилу ветерана привезли старый чужой памятник.
В прошлом году в администрацию села Восточное обратился представитель Хабаровского филиала страховой компании «Пирамида» с предложением застраховать ветеранов на случай смерти. Сотрудники администрации, увидев предложенные проекты памятников (главное условие такого договора — бесплатное погребение), решили поддержать своих стариков в юбилейный год Победы. И заключили договор, заплатив за каждого по 300 рублей. Тридцать человек получили страховые полисы, по которым в случае смерти гарантировалась оплата комплекса ритуальных услуг на четыре тысячи рублей.
К сожалению, двое ветеранов до Дня Победы так и не дожили. А их родственникам пришлось еще долго ходить по инстанциям, чтобы понять, что на их горе просто сделали деньги.

Эпизод первый: бумажная правда

Фронтовик Николай Николаевич Голубев умер в сентябре прошлого года.
— Отец в последние годы сильно болел, — вспоминает его дочь Галина Николаевна Шустова. — В принципе, мы всегда были готовы к самому худшему. А незадолго до его смерти даже отыскали этот договор с «Пирамидой».
Когда же Николай Николаевич умер, дочь сразу обратилась в эту компанию. Ее заверили, что все предусмотренное договором будет сделано. И некоторые услуги, по ее словам, были действительно выполнены на должном уровне. Но непонятные проблемы начались уже в морге. Семье там сказали, что памятник, предусмотренный договором, — маленький, а если они хотят побольше, то нужно доплатить деньги. При этом фотографий ни того, ни другого памятника не показали. Как оказалось позже, деньги, не вошедшие в договор, Шустова заплатила фирме «Бель Фаст». Когда же она поинтересовалась в «Пирамиде», почему пришлось доплачивать за памятник в морге, ей лишь удивленно заметили: «А зачем вы вообще с ними связывались, надо было сразу к нам обращаться».
— Откуда же я знала, что это разные фирмы? Тем более, когда я сообщила в «Пирамиду», что отец умер, мне даже не сказали к ним заехать, ответили, что все сделают сами, — вспоминает Галина Николаевна.
Но, как говорит Шустова, самое страшное, что она до сих пор не может получить документы — свидетельство о смерти отца и регистрационное свидетельство на место на кладбище, которые отдала почти год назад сотрудникам «Пирамиды». А без этого могила ветерана становится как бы внезаконной, и их место на кладбище вполне могут отдать кому-нибудь другому.
— Я несколько раз звонила в «Пирамиду» и даже ездила туда, — вспоминает Шустова, — но в ответ слышала одно: ваши документы в военкомате, они их потом перешлют.
Но прошло уже восемь месяцев, а ничего Галина Шустова не получила и поныне. Она говорит, что если бы жила в городе, то давно бы уже их отыскала. Но из Восточного особо не наездишься, а телефон в «Пирамиде» часто молчит.

Эпизод второй: чужой памятник

В конце апреля к одной из могил на городском кладбище зачастила уже немолодая женщина. Каждый день приходила туда, что-то подправляла, что-то подкрашивала. Работники кладбища видели, как она носила к могиле тяжелые ведра с песком. Мужчины тогда только покачали головами: «Таскать такие тяжести, да еще старушке!» Но она продолжала возиться возле оградки, подсыпала надгробие песком и щебенкой, чистила памятник с черной надписью: «Александр Ильич Лавров».
Для Галины Яковлевой, дочери Лаврова (участника войны, инвалида I группы), смерть отца стала серьезным жизненным испытанием. Мужчин в семье не осталось, матери, восьмидесятилетней женщине, уже не по силам было заниматься этим хлопотным делом, потому-то ей и пришлось приехать из Биробиджана. Внутренне она была готова к тому, что придется решить множество проблем, но немного успокаивала себя тем, что отец был застрахован в САО «Пирамида». Однако вскоре эта уверенность превратилась в сплошную головную боль.
Как вспоминает вдова Лаврова — Екатерина Ниловна, все родные испытали некоторый шок на кладбище. Памятник на могилу привезли уже «бывший в употреблении», просто мастерски зашлифованный. Да вот чужую фотографию как следует подчистить не сумели — черты чужого лица явно проглядывали.
— Один из уголков надгробия был отколот, — рассказывает она, — а в завершение всего, и положенную по договору гирлянду положить забыли. Как дочь моя ни доказывала, что памятник необходимо заменить или, на худой конец, поправить, ничего не вышло.
В «Пирамиде» ее требования понимать отказались. Тогда за помощью она обратилась в администрацию села. Там, в свою очередь, попытались как-то помочь двум женщинам, но в ответ услышали от страховщиков лишь обвинения в адрес Яковлевой — мол, у нее слишком большие запросы и воспринимает она какие-то мелочи (чужой памятник на родной могиле!) слишком болезненно.
Между тем, Александр Лавров умер в ноябре прошлого года, зимой на кладбище ничего не сделаешь, а как потеплело, уже в этом году Галине пришлось самой наводить порядок на могиле отца. Денег на установку нового памятника не было, еле насобирали на то, чтобы по-человечески сделать фотографию, прикрепить отколотый кусок к надгробию, натаскать песка. На это пришлось истратить сэкономленные с двух пенсий 600 рублей.
На днях я была на могиле Александра Ильича Лаврова. Там было чисто и ухоженно. На небольшом куске надгробной плиты еле виднелся след бетонной замазки. И лишь на памятнике сквозь черные буквы просматривались отшлифованные бледные линии.
Похоже, весь этот порядок стоил Галине Яковлевой здоровья. Но по-другому поступить она не смогла.

Строительство «пирамид» продолжается?

Признаться, многое из того, что мне пришлось услышать от обиженных клиентов «Пирамиды», вызвало больше вопросов, чем ответов. Сейчас, как известно, ветеранов и инвалидов войны хоронят за счет государства. И делается это в большинстве случаев цивилизованно. Ритуальные агентства все услуги оказывают вначале за свой счет, а уже потом государство компенсирует их затраты через военкоматы, которые, по идее, должны курировать похороны фронтовиков. В данном же случае «Пирамида» изначально взяла за погребение ветеранов страховой взнос и отправила их родственников затем к ритуальной фирме «Бель Фаст», которая и оказала не совсем качественные услуги. В конечном же итоге все свои огрехи «Пирамиде» пришлось спихнуть на «стрелочников».
Но чтобы расставить все точки над «i», мы решили начать наше небольшое расследование с военкомата. Старший помощник начальника пенсионного отдела крайвоенкомата Любовь Черненко авторитетно ответила нам, что с представителями страховой компании «Пирамида» им работать не приходилось вообще. Крайвоенкомат заключил соглашения непосредственно с несколькими ритуальными агентствами и фирмами, среди них «Свеча», «Память», МП «Спецкомбинат», «Диарама». Все они давно уже занимаются оказанием ритуальных услуг и зарекомендовали себя только с хорошей стороны. Тем более важно отметить, что эти агентства никаких дополнительных денег с клиентов не берут, а свои расходы по погребению ветеранов и инвалидов Великой Отечественной войны компенсируют только через военкомат.
Впрочем, Любовь Владимировна вспомнила, что как-то обращалась компания «Бель Фаст», но документы, ею представленные, вызвали большие сомнения у сотрудников отдела. И в подписание договора было отказано.
Получается, что документы Голубева в военкомат так и не приходили. И найти их след нам так и не удалось.
В «Пирамиде», куда мы обратились за разъяснениями, нам ничего определенного не сказали. Директор в тот момент находился в командировке, а кроме него, как сообщила сотрудница фирмы, с этими историями никто не знаком. Хотя как бы между делом заметили, что уже несколько месяцев с «Бель Фастом» они не сотрудничают.
Но разобраться, куда же все-таки делись документы Голубева, нам пообещали. А о том, что Галине Яковлевой пришлось самой облагораживать могилку, услышали в первый раз. Хотя не отрицали, что в компанию она все же обращалась.
Хорошо, если бы эти случаи, произошедшие с жителями Восточного, оказались единичными. Но все чаще и чаще приходится слышать, как та или иная фирма, недавно появившаяся в Хабаровске и подхватившая «золотую жилу» бесплатного погребения, не только подводит своих клиентов, но еще и умудряется неплохо на этом заработать. Печально, что страдают от этого чаще люди одинокие или малообеспеченные, ветераны и инвалиды войны.
Плохо, что живые этот ритуал превратили в обычный и порой циничный бизнес. Наверное, этому нет оправдания.

ГЕОРГИЕВА А.

Ваше мнение об этом материале:

— Ваше имя
— Ваш email
— Тема

Ваш отзыв (заполняется обязательно):

Укажите код на картинке слева:

Установите трансляцию заголовков прессы на своем сайте

 Подробнее »

Получить код для трансляции заголовков прессы »